..
Конечно, это лишь один из токов в общем движении текстов с Запада в Россию.
В промежутке между Пушкиным и Чеховым русская культура становится транслирующей
(вершина — творчество Толстого и Достоевского),
и поток текстов поворачивает в обратном направлении.

Конечно, нарисованная нами картина предельно схематична.
В реальности циркуляция текстов непрерывно идет в разных направлениях,
большие и малые потоки скрещиваются, складывая свои воздействия.
Одновременно тексты транслируются не одним, а многими центрами семиосферы,
да и сама семиосфера подвижна в своих границах.
Наконец, те же самые процессы протекают и на других уровнях:
периоды агрессии поэзии в прозу сменяются агрессией прозы в поэзию,
взаимное напряжение драмы и романа, письменной и устной культуры,
культуры элитарной и массовой  создают многонаправленные токи текстов.
В разных аспектах одни и те же центры семиосферы могут быть
одновременно и активно действующими, и «принимающими»,
одни и те же пространства семиосферы могут
в одних отношениях быть центрами, в других — периферией,
влечения провоцируют отталкивания, заимствования — самобытность.
Пространство культуры — семиосфера —
не есть нечто действующее по предначертанным и элементарно вычислимым путям.
Оно кипит как Солнце и, как на Солнце, в нем очаги возбуждения меняются местами,
активность вспыхивает то в неведомых глубинах, то на поверхности
и иррадиирует энергию в относительно спокойные сферы.
И результатом этого непрерывного кипения является выделение колоссальной энергии.
Но энергия, выделяемая семиосферой,— это энергия информации, энергия Мысли.

Юрий Михайлович Лотман. Семиосфера: Внутри мыслящих миров: Механизмы диалога.


к новости про памятник